«НИКОГДА НЕ ЗАБУДУ ЭТИХ ПЯТИ ДНЕЙ…»

«НИКОГДА НЕ ЗАБУДУ ЭТИХ ПЯТИ ДНЕЙ…»

Александр Дмитриевич Свербеев (1835-1917), талантливый государственный деятель, самарский губернатор в 1878-1891 годах, описал в своих дневниках и воспоминаниях картины русской столичной и провинциальной жизни второй половины XIX века, а также воспоминания о членах царской семьи.В разделе «Встречи и знакомства» в четвертой главе «НиколайII Александрович» он рассказывает о своем знакомстве с будущим российским императором и его первом пребывании на самарской земле.

В 1890-1891 годах 22-летний Великий князь Николай Александрович Романов совершил путешествие вокруг Азии на Дальний Восток, во время которого посетил Египет, Индию, Сиам (Таиланд), Китай и Японию. В эту поездку цесаревич отправился по распоряжению своего отца императора Александра III, который считал, что наследник русского престола должен лично познакомиться с жизнью государств-соседей, чтобы впоследствии у него было меньше дипломатических проблем. На обратном пути из путешествия наследника престолав Оренбурге ждал специальный поезд, к которому Николай приехал в своем конном экипаже вечером в среду 26 июля по старому стилю. В этом городе цесаревич пробыл до конца следующего дня, после чего на поезде отправился дальше в западном направлении. Утром 28 июля 1891 года цесаревича встречали в Бузулуке, уездном городе Самарской губернии. Поскольку к тому моменту уже стало известно, что длительной остановки в Самаре царский поезд делать не будет, на станции Бузулук Николая Александровича ожидала представительная делегация от самарского дворянства и купечества. В ее состав входили известные в нашем городе предприниматели и общественные деятели - Николай Неклютин, Антон Шихобалов, Георгий Курлин, Яков Соколов и другие, которые преподнесли наследнику хлеб-соль и свои подарки. Во главе этой делегации был самарский губернатор А.Д.Свербеев.

«В первый раз был я принят государем наследником Николаем Александровичем 28-го июля 1891 года в г. Бузулуке, на железнодорожном вокзале, когда его высочество возвращался из своего кругосветного плавания и намеривался из Бузулука продолжить свой путь в Уральскую область, где праздновали юбилей Уральского казачьего войска». Бузулук до 1934 года находился в составе Самарской губернии (сейчас Оренбургская область).

После встречи государя наследника самарский губернатор А.Д.Свербеевпредставил его высочеству представителей самарской губернской власти, самарского епископа Владимира (Богоявленского) и всех бузулукских чиновников.

В свите наследника был командующий войсками Казанского округа генерал-адьютантГ.В.Мещеринов, который неожиданно заявил, что намерен сопровождать его высочество до самого Уральска, несмотря на то, что сопровождающий его высочество во время путешествия генерал-адъютант князьВ.А.Барятинский сообщил, что Г.В.Мещеринов дальше не поедет. «Хотя это обстоятельство доставило мне не мало хлопот и неожиданный спутник на всех станциях ворчал и бранился, что для него лошади не были готовы, но его ворчание составило приятную забаву высокому гостю и всей его свите.На железнодорожной станции чрезвычайно красиво убранной, были мною представлены его высочеству только что назначенные земские начальники, впервые появившиеся в нашей самарской стороне и один татарский мулла. Состоялся тут же на станции завтрак у его высочества, на коем кроме епископа самарского Владимира, присутствовал соседний Уфимский губернатор генерал-майор Л.Е.Норд и все самарские власти».

После завтрака государь наследник и вся его свита вместе с губернатором А.Д.Свербеевым выехали из Бузулука в дальнейший путь по Самарской губернии. На самой границе с Уральской областьюпредполагалось устроить ночлег для высокого гостя. В этом небольшом селе не было ни одного дома, в котором можно бы было найти приличную квартиру, и потому, А.Д.Свербеев предварительно съездив туда, чтобы осмотреть местность, решился построить особый дом, в котором мог бы ночевать наследник и принять к обеду сопровождающих его лиц. Тогда же он осмотрел и местную скромную церковь и познакомился со священником, для которого приобрел новое облачение для встречи его высочества и подробно ему рассказал, как именно он обязан встретить наследника престола. В воспоминаниях Александр Дмитриевич отмечал, что «мои объяснения нисколько не помешали скромному иерею сделать молчаливое приглашение рукой наследнику-как он и намеревался, по его словам, это сделать раньше, встать возле него, священника, на самой солее, но его высочество, движением головы, дал понять иерею, что останется на избранном им месте». Кроме генерал-адъютанта князя Барятинского, в свите его высочества находились флигель-адъютант князь Н.Д.Оболенский (троюродный братА.Д.Свербеева) и адъютанты наследника – князьВ.С.Кочубей и лейб-гусарЕ.Н.Волков, а также сопровождающий его высочество в кругосветном плавании князь Э.Э. Ухтомский, редактор Петербургских Ведомостей, издавший в последствии книгу с иллюстрациями и рассказами обо всех путешествиях государя наследника.

Путь кортежа продолжался еще 80 верст по Самарской губернии от г. Бузулука. Местное население встречало августейшего гостя в селениях, где он останавливался (4 остановки), а окрестные жители «составляли как бы живую изгородь между этими селениями; на всех остановках государь наследник милостиво разговаривал с крестьянским населением и особенно отличал тех солдат, которые его встречали и между коими нашлись несколько лейб-гусаров того полка, где его высочество только что отбывал свою последнюю службу».

Во вновь выстроенном доме для ночлега наследника в столовой был накрыт стол для трапезы и комната была украшена колосьями (несмотря на засушливое летои неурожая хлебов во всей Самарской губернии). Сюда же на место ночлега прибылигенерал-майор Н.И.Шипов, уральский губернатор и атаман уральского казачьего войска, чтобы встретить его высочество около своей границы. На другой день вся свита рано утром тронулась в путь. До самой уральской границы самарский губернатор А.Д.Свербеевехал впереди наследника вместе с начальником уральского конвоя, высланного для встречи и поставленного по всему пути до Уральска. Когда дежурный казак встречал на своем пути его высочество, то он немедленно следовал за его экипажем, что составляло большой казачий конвой при дальнейшем следовании государя наследника. От самарской границы до г. Уральска 120 верст и кортеж останавливался в казачьих станицах, где население встречало высокого гостя, а местные казачки подносили ему арбузы, дыни и другие плоды со своих бахчей.

После завтрака в одной из станиц казачьего войска, где «шампанское лилось рекой», его высочество и его свита рассказывали про свое путешествие по Индии, Цейлону и другим азиатским странам. Когда прибыли в Уральск, то прежде всего посетили кафедральный собор и были встречены архиереем и всеми местными властями. В этом храме самарского губернатора особенно поразили русские наряды всего местного женского населения в виде белых сарафанов и кокошников, шитых серебром, а также большие белые фаты.

На другой день в 6 часов утра состоялся смотр Уральского казачьего войска. «Красивую картину представлял этот смотр Уральских казаков; после него последовала джигитовка, смотреть которую мы были приглашены государем наследником в устроенную для него беседку вместе с моим другом князем Голицыным.После джигитовки смотрели мы на скачки уральских казаков и в 9 часовутра поехали дальше в только что выстроенную сельскохозяйственную школу и присутствовали при освящении домового храма». После гостям был предложен завтрак, вечером после обеда состоялся бал.

На другой день 30 июля все собрались на площади перед древним уральским собором, в котором Пугачевым был замучен священник, потому что не согласился обвенчать его. Здесь на площади состоялся войсковой круг, где коленопреклонённые перед новым знаменем, только что пожалованном казачьему войску, и которое держал августейший атаман, приносил присягу наказной атаман генерал-майор Шипов. Вокруг площади было собрано Уральское войско и сооружены несколько галерей для публики, посредине устроен нарядный навес для августейшего атамана наследника. После торжественной службы с площади отправился крестный ход до другого конца города, где архиерей совершил закладку нового собора в память 300-летнего юбилея казацкого войска. После этой церемонии все проследовали в Ханскую рощу за городом на берегу Урала, где состоялось «редкое и по своей картинности чрезвычайно красивое зрелище».

Как известно в те времена в летнее время рыболовство на Урале не дозволялось и делалось одно исключение для атамана войска, что и называется «атамановым кусом». В честь юбилея и приезда верховного атамана всех русских казацких войск состоялось на реке Урал в этот день «необычно торжественное рыболовство и разом с обоих берегов реки ринулись в воду 600 приготовленных лодок с сидящими на них казаками; подъезжая к месту, где остановился наследник, каждая лодка выбрасывала к ногам его высочества по огромному осетру и все эти наловленные в этот день сотни больших рыб, были пожалованы его высочеством Уральскому войску». Тут же на берегу против опушки Ханской рощи был выстроен огромный павильон, в котором казацкое войско угощало «торжественным пиршеством своего высокого гостя». Все пространство было заставлено столами на 6000 казаков в виде лучей от рощи до беседки наследника. В дар ему преподнести тройку лошадей, но когда наследник сел в экипаж, то казаки распрягли лошадей и сами на себе везли его высочество от места обеда до города.

В этуже ночь А.Д.Свербееввыехал из Уральска и на другой день утром был на месте самарского ночлега и успел заказать необычную местную простоквашу, которую и приготовили к часу приезда его высочества.К приезду губернатора собралось много местных женщин, которые подготовили вышитые скатерти, полотенца и даже пару носок для царского наследника. На одном носке был вышит вензель «Н.А.» под императорской короной, на другом носке - «Боже царя храни». В последствии на выставке подарков для августейшего гостя, носки привлекли особое внимание «своей бесхитростной наивностью».

Самарский губернатор вспоминал: «Тут же нашел я двух близких мне приятелей: художника Д.П.Куроедова, которому поручил для поднесения наследнику написать вид, выстроенного нами для его ночлега дома, что он и исполнил во время нашего пребывания в Уральске; другой приезжий был крестьянин Бузулукского уезда, которого я открыл несколько лет перед тем, во время моих ревизионных поездок; назывался он Григорием Журавлевым и, будучи калекой со дня рождения, т.е. он был лишен возможности ходить и действовать руками, вследствие атрофии мышц (он с трудом двигался на коленях), тем не менее он сделался иконописцем и писал свои иконы держа кисть в зубах, и хотя живопись его была не мудреная, и состояла в копиях с образцов его сельской церкви, но Бог помог мне дать ему возможность усовершенствовать свой талант даже не прибегая к его обучению в какой-нибудь школе, потому что он настойчиво отказывался оставить свою семью и свое село, да и всякая школа отказывалась принять его в последствии его нездоровья.

Возил я его с собой в Москву и Троицкую Лавру, где он несказанно любовался иконописью московских соборов, храма спасителя и древнего иконостаса у преподобного Сергия и получил благословение и подарки от многих духовных лиц – много икон прекрасного письма. С этих икон он начал списывать копии и таким образом достиг весьма хороших результатов, что ему помогло доставить пропитание себе и некоторую помощь своей семье, которая не была нуждающейся и охотно помогала ему в его работе, чем особенно занимались его бабушка и дедушка.

Кстати сказать, наследнику были поднесены две его иконы:1-я в Бузулуке, епископом Самарским Владимиром – икона московского Святителя Алексия, покровителя города Самары; другая же – на месте ночлега при поездке в Уральск – иереем местной церкви, столь наивно приглашавшим государя наследника стать возле себя на молебне. Ему самому Григорию Журавлеву посоветовал я устроить цветочную арку на пути выезда из Самарской губернии наследника цесаревича, и он очень успешно с помощью художника Куроедова изобразил на ней надпись: «Доброго пути».

Когда наследник приехал, я ему представил обоих живописцев, его величество милостиво пожаловал 100 рублей живописцу калеке, а Куроедову-за поднесенную картину драгоценный перстень; тут же сделали подношения местные крестьянки, которым было вручено денежное поощрение. После простокваши его высочество тронулся в обратный путь и когда стемнело мы вернулись на железнодорожную бузулукскую станцию». По всему пути непрерывной цепью стояло местное население, с зажженными фонарями в руках, а на станции Бузулук свиту ожидал красивый фейерверк.

В вагоне его высочества состоялся обед, во время которого обменивались впечатления о поездке в Уральск и по Самарской губернии. Ночью свита наследника вместе с самарским губернатором разбирала поданные от населения прошения. На рассвете прибыли в Самару. Не выходя из поезда губернатор сопроводил наследника до Сызрани. Здесь его встретил Симбирский губернатор Н.П.Долгов-Сабуров и епископ Варсанофий. А.Д.Свербеев простился с Николаем Александровичем. «Никогда не забуду этих пяти дней, проведенных мною в постоянном общении с наследником цесаревичем. Когда я мог оценить его ум и дарования и услышать от него многие замечательные мысли и суждения о людях и обстоятельствах». Великий князь Николай Александрович подарил А.Д.Свербееву свой фотопортрет в серебряной раме с извинениями за такой громоздкий подарок.

 

 

Ирина Крамарева

Музей им. П.В.Алабина

14 Августа 2020


К списку статей

Наверх

Корзина