ПРОБЛЕМА ОСПАРИВАНИЯ ПЛАТЕЖЕЙ ТРЕТЬИХ ЛИЦ КАК СДЕЛОК С ПРЕДПОЧТЕНИЕМ, СОВЕРШЕННЫХ ЗА СЧЕТ ИМУЩЕСТВА ДОЛЖНИКА-БАНКРОТА

Заутренников К.С., юрист компании "Проспектаси".

В данной статье на материалах судебной практики анализируется проблематика квалификации платежей, совершенных третьими лицами в счет погашения задолженности банкрота, как сделок с предпочтением (статья 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве). Данная схема погашения задолженности контрагента-банкрота перед аффилированными кредиторами является достаточно популярной в банкротной практике. До недавнего времени указанный способ довольно удачно позволял обойти недобросовестным кредиторам риски, установленные статьей 61.3 Закона о банкротстве. Однако в последнее время наметились тенденции кардинального изменения существующей судебной практики (в частности, Определения Верховного Суда Российской Федерации по делу N А40-171885/2014 о несостоятельности открытого акционерного общества "Группа Е4"). В статье будут рассмотрены вопросы, в каких случаях платежи, совершенные третьим лицом, будут с большой долей вероятности квалифицированы как совершенные за счет имущества должника (и следовательно, являющиеся сделками с предпочтением), а в каких нет, а также иные актуальные вопросы рассмотрения указанной категории споров.

Конкурсное право - это прежде всего право компромисса. Компромисса между интересами кредиторов, должника, общества и государства. Если должник прекращает платежи по причине неплатежеспособности, то очевидно, что все кредиторы не получат платежи в полном объеме. В связи с этим одной из целей процедуры несостоятельности является урегулирование конфликтов между кредиторами на основе их равного правового положения. Таким образом, принцип равенства кредиторов является одним из главных принципов конкурсного права.

Этот принцип зачастую связывают с необходимостью упорядоченной ликвидации несостоятельных компаний и обеспечением справедливости. В российском правопорядке он закреплен, в частности, в абзаце шестнадцатом статьи 2 Закона о банкротстве, согласно которому целью конкурсного производства является соразмерное удовлетворение требований кредиторов. Принцип равенства кредиторов неоднократно признавался высшими судебными инстанциями, в частности Конституционным Судом Российской Федерации, Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации и Верховным Судом Российской Федерации (например, Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12.03.2001 N 4-П, Определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.02.2017 N 301-ЭС16-16279, Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.02.2013 N 12751/12).

Суть принципа равенства кредиторов заключается в том, что все кредиторы должны иметь равные возможности по получению причитающегося им удовлетворения из конкурсной массы банкрота. На практике реализация данного принципа достигается за счет пропорционального удовлетворения требований всех кредиторов должника одной и той же очереди согласно их объему.

Следовательно, получение кем-либо из кредиторов полного удовлетворения своих требований расценивается как получение им предпочтения по отношению к остальным кредиторам той же очереди. Предпочтение заключается в том, что разницу между полным удовлетворением требований и пропорциональным удовлетворением такой кредитор получает за счет конкурсной массы должника, которая, соответственно, принадлежит не только ему, а всем кредиторам должника. Полученное одним кредитором сверх нормы не позволяет другим кредиторам получить гарантированное им законом.

Истребование полученного кредитором с предпочтением обратно в конкурсную массу для последующего распределения между всеми кредиторами в соответствии с принципом равенства (то есть пропорционально) является способом защиты интересов конкурсных кредиторов.

В российском правопорядке такой способ защиты построен по модели оспаривания сделок, влекущих оказание предпочтения, и предусмотрен статьей 61.3 Закона о банкротстве. Указанные сделки вправе оспаривать внешний и конкурсный управляющие, а в определенных случаях - кредиторы и уполномоченный орган (статья 61.9 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти. Аналогичные положения содержатся также в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63).

Постановление N 63 существенно дополняет и разъясняет основания для оспаривания сделок должника. В частности, в Постановлении N 63 приводится примерный перечень действий, которые могут быть оспорены по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, в том числе как сделки, совершенные с предпочтением. Стоит отметить, что в Постановлении N 63 также указывается на возможность оспаривания сделок, совершенных иными лицами, но за счет должника, и приводится примерный перечень действий, которые могут быть квалифицированы в качестве таких сделок (пункты 1, 2 Постановления N 63).

Таким образом, под понятие сделки, которая может быть оспорена в качестве сделки с предпочтением, подпадает довольно широкий перечень фактических и юридических действий, что должно надлежащим образом защитить интересы добросовестных кредиторов от нарушения принципа равенства. Но так ли это на самом деле? Легко ли аффилированным с должником кредиторам обойти существующие запреты и получить предпочтительное удовлетворение?

Представим себе следующую ситуацию. Организация-должник в преддверии предстоящего банкротства имеет намерение удовлетворить требования одного из кредиторов преимущественно перед требованиями других кредиторов. Данный кредитор может быть интересен бенефициару должника с точки зрения бизнеса или в силу других причин. Руководство организации должника имеет ряд подконтрольных компаний либо компаний, имеющих задолженность перед должником. И вот одна из таких компаний перечисляет в адрес кредитора сумму долга за должника-банкрота. Указанный кредитор получает удовлетворение своих требований в полном объеме преимущественно перед другими кредиторами. Формально налицо сделка, совершенная с предпочтением и подлежащая оспариванию по правилам статьи 61.3 Закона о банкротстве. Но так ли просто все на самом деле?

Гражданский кодекс Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусматривает, что кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо, за исключением случаев, когда из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично (пункты 1, 3 статьи 313 ГК РФ).

Если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, в следующих случаях:

1) должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства;

2) такое третье лицо подвергается опасности утратить свое право на имущество должника вследствие обращения взыскания на это имущество (пункт 2 статьи 313 ГК РФ).

К третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 ГК РФ (пункт 5 статьи 313 ГК РФ).

Таким образом, в большинстве случаев у кредитора имеются законные основания принять платеж от третьего лица в счет погашения задолженности контрагента. Достаточным условием в данной ситуации будет письмо должника в адрес третьего лица с просьбой погасить задолженность конкретному кредитору, назначение платежа, свидетельствующее о том, что третье лицо погашает задолженность перед данным кредитором, и наличие просрочки исполнения денежного обязательства должником.

В то же время перед арбитражным управляющим, для того чтобы оспорить данный платеж как сделку, совершенную с предпочтением, помимо необходимости доказывания иных существенных обстоятельств порочности сделки (совершение сделки в период после принятия заявления о признании должника банкротом и в течение месяца до принятия, наличие осведомленности кредитора о неплатежеспособности должника и т.д.), стоит ряд специфических задач.

Для начала арбитражному управляющему необходимо выявить саму сделку, совершенную третьим лицом. Однако при выявлении платежа третьего лица за должника могут возникать трудности, так как данный платеж не виден при анализе выписки с расчетного счета должника. Выявить данный платеж будет также затруднительно при посредственном подходе арбитражного управляющего или кредитора к анализу первичной бухгалтерской документации либо при существенном объеме операций должника, утрате или некорректном ведении бухгалтерского учета.

Но даже при выявлении такой сделки самого по себе факта оплаты долга третьим лицом за должника недостаточно, чтобы квалифицировать данную сделку как сделку, совершенную с предпочтительным удовлетворением требований одних кредиторов перед другими. В материалы дела необходимо представить бесспорные доказательства, что сделка была совершена третьим лицом за счет имущества должника и с его ведома. Именно с совершением сделки третьим лицом за счет имущества должника действующее законодательство связывает возможность ее оспаривания по правилам главы III.1 Закона о банкротстве.

Большинство спорных вопросов в судебной практике возникает при решении судами вопроса относительно того, была ли совершена оспариваемая сделка за счет имущества должника. Для решения вышеуказанного вопроса будут иметь значение две группы обстоятельств.

1. Наличие либо отсутствие письма/соглашения о перечислении денежных средств третьим лицом в счет погашения задолженности банкрота перед конкурсным кредитором.

Например, в ходе рассмотрения дела о банкротстве общества конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств третьими лицами в адрес компании - конкурсного кредитора общества в счет погашения задолженности последнего. Заявление конкурсного управляющего на основании пунктов 1, 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве было мотивировано предпочтительным удовлетворением требований компании перед иными кредиторами общества в течение одного месяца как до, так и после принятия судом заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении заявления, сославшись на то обстоятельство, что в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства (например, письма должника третьим лицам о перечислении денежных средств компании), подтверждающие наличие волеизъявления должника на распоряжение своим имуществом. Исходя из этого судебными инстанциями был сделан вывод, что данные сделки не могут быть расценены как сделки, совершенные за счет имущества должника, их совершение не привело к уменьшению конкурсной массы, а следовательно, данные сделки не могут быть оспорены на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 22.07.2016 по делу N А70-7722/2014).

В другом деле суды первой и апелляционной инстанций, установив, что в материалах дела имеется письмо должника, содержащее волеизъявление последнего о перечислении третьим лицом денежных средств кредитору в счет погашения задолженности, удовлетворили требования конкурсного управляющего о признании сделки недействительной на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве. Суд апелляционной инстанции указал, что в соответствии со статьей 313 ГК РФ внесение платежей по платежным поручениям, осуществленное третьим лицом за должника, по правилам статьи 313 ГК РФ признается действием самого должника (Постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2014 по делу N А13-11782/2012).

2. Наличие либо отсутствие в материалах дела первичных бухгалтерских документов, подтверждающих ранее возникшую задолженность третьего лица перед должником, в счет которой он совершил платеж.

Помимо волеизъявления должника на перечисление третьим лицом денежных средств в адрес кредитора определяющее значение будут иметь обстоятельства, побудившие третье лицо перечислить денежные средства кредитору, в частности наличие задолженности третьего лица перед должником, подтвержденной первичными бухгалтерскими документами.

Например, в ходе дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью конкурсный управляющий при проведении анализа финансово-хозяйственной деятельности должника выявил наличие задолженности публичного акционерного общества перед обществом с ограниченной ответственностью. Конкурсным управляющим в адрес публичного акционерного общества была направлена претензия с требованием о погашении суммы долга. В ответ на претензию публичное акционерное общество сообщило, что задолженность была погашена путем перевода денежных средств третьему лицу.

Конкурсный управляющий, полагая, что спорные сделки по перечислению денежных средств третьему лицу были совершены с преимущественным удовлетворением требований одного кредитора перед другими, обратился в арбитражный суд с соответствующим заявлением. Судебные инстанции, рассмотрев заявление конкурсного управляющего, пришли к обоснованному выводу о том, что спорные платежи совершены за счет имущества должника и имеют признаки сделки, совершенной с предпочтительным удовлетворением требований одного кредитора перед другими. При этом судебные инстанции отклонили доводы публичного акционерного общества о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности со ссылкой на то обстоятельство, что о совершенной сделке конкурсному управляющему стало известно только после получения ответа публичного акционерного общества на ранее отправленную претензию (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 16.10.2018 по делу N А41-95438/15).

Аналогичные обстоятельства - наличие задолженности третьего лица перед должником-банкротом и поручение последнего совершить в счет погашения данной задолженности платеж в адрес кредитора - являются достаточными основаниями для признания подобных сделок недействительными на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве (см., например, Постановления Арбитражного суда Северо-Западного округа от 03.02.2015 по делу N А44-7365/2012, Арбитражного суда Московского округа от 11.03.2016 по делу N А41-29928/2013, Федерального арбитражного суда Уральского округа от 22.01.2014 по делу N А50-18094/2012).

В ряде случаев сделки по перечислению третьими лицами денежных средств кредиторам должника признаются сделками с предпочтением без письменного поручения должника об их перечислении на основании лишь того обстоятельства, что они совершены за счет имущества должника, что подтверждается первичными бухгалтерскими документами (например, лизинговые платежи, платежи, совершенные в ходе исполнительного производства) (Постановления Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 15.10.2013 по делу N А44-3038/2011, Восьмого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2016 по делу N А70-399/2015).

Стоит отметить, что последствием признания недействительным платежа третьего лица в пользу конкурсного кредитора является взыскание денежных средств с данного кредитора напрямую в конкурсную массу должника (пункт 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве) (Постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2014 по делу N А70-12933/2011; Постановление Арбитражного суда Московского округа от 11.03.2016 и Определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.05.2016 N 305-ЭС15-5574(3) по делу N А41-29928/2013).

Однако, несмотря на то что практика по оспариванию платежей третьих лиц в адрес кредиторов должника-банкрота является достаточно распространенным явлением, единообразный подход к критериям оценки таких сделок как сделок, совершенных с предпочтением, на сегодняшний день не сложился. В связи с этим показательно одно из актуальных дел о банкротстве, рассматриваемое Арбитражным судом города Москвы. Речь идет о банкротстве открытого акционерного общества "Группа Е4" (дело N А40-171885/2014).

В рамках указанного дела конкурсный управляющий открытого акционерного общества "Группа Е4" обратился в суд с заявлением о признании недействительными сделками платежей, совершенных третьим лицом по поручению и за счет имущества должника в адрес конкурсного кредитора. Конкурсный управляющий ссылался на то обстоятельство, что указанные платежи являются сделками с предпочтительным удовлетворением требований данного кредитора перед другими. В материалы дела конкурсным управляющим были представлены письма должника в адрес третьего лица, имеющего перед открытым акционерным обществом "Группа Е4" обязательства по оплате, о перечислении платежей в адрес кредитора компании в счет погашения данных обязательств. Указанные платежи были совершены в течение месяца до возбуждения дела о банкротстве открытого акционерного общества "Группа Е4".

Суды первой, апелляционной и кассационной инстанций отказали в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего. В обоснование своей позиции суды указали, что оспариваемые сделки совершены не за счет имущества должника, а во исполнение собственных обязательств третьего лица. Так как денежные средства не поступали непосредственно на расчетный счет должника, то отсутствует факт выбытия данных денежных средств из конкурсной массы (Определение Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2018, Постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.04.2018 и Арбитражного суда Московского округа от 16.07.2018).

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отменила вынесенные судебные акты, направив материалы обособленного спора на новое рассмотрение.

При этом судебная коллегия отметила, что оспариваемыми платежами погашена задолженность должника перед конкурсным кредитором третьим лицом за счет средств, причитавшихся должнику по договору подряда, что не оспаривается сторонами и подтверждается в судебном заседании представителями всех лиц, участвующих в обособленном споре. Оспариваемый платеж является сделкой, совершенной за счет средств должника.

Следовательно, вывод судов о том, что факт выбытия денежных средств из конкурсной массы должника отсутствует, является ошибочным и противоречит как материалам дела, так и предыдущему выводу судов о том, что спорный платеж произведен за счет средств должника (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.01.2019 N 305-ЭС16-6318(9)).

Таким образом, Верховный Суд Российской Федерации подтвердил тот факт, что если третье лицо произвело платеж в адрес кредитора по поручению должника и в счет погашения имеющейся перед должником задолженности, то такой платеж совершен за счет имущества должника и может быть оспорен в качестве сделки, совершенной с предпочтительным удовлетворением требований одних кредиторов перед другими, на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В заключение хочется отметить, что, несмотря на подтверждение определенных постулатов на уровне Верховного Суда Российской Федерации, в вопросе квалификации платежей третьих лиц как сделок в адрес кредиторов должника, совершенных с предпочтением и за счет имущества должника, по сей день существует множество подводных камней. Например, как следует квалифицировать платеж третьего лица - поручителя либо залогодателя, совершенный последним в адрес кредитора должника: как самостоятельные действия третьего лица в своем интересе (предотвращение взыскания на заложенное имущество, нежелание подачи иска на него как на поручителя) или как предпочтительное удовлетворение требований отдельного кредитора по сравнению с другими? Будет ли считаться предпочтением выкуп третьим лицом у кредитора права требования к должнику с последующей оплатой в преддверии банкротства? Эти и другие вопросы вызывают бурные дискуссии в среде правоприменителей.

14 Октября 2019


Теги: Оспаривание платежей

К списку статей

Наверх

Корзина